հայերեն  english    
БИБЛИОТЕКА / ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Э | Я

РАСПЯТИЕ
id219 Так называют Христовы страдания и смерть на Кресте. Распятие – последний и наивысший этап земной жизни Иисуса Христа – описывают, дополняя друг друга, авторы всех четырёх Евангелий.
Должно отметить, что распятие, являясь самой презренной казнью, к тому же сопровождалось самыми ужасными мученьями.
Христос взошёл на Крест в третьем часу по еврейскому исчислению, т. е. в девятом – по нашему. В сей же час, согласно св. толкователям, наш прародитель, позабыв о заповеди и доверившись змию, прельстился запретным плодом и впал в беззаконие. Оттого и Господь поднялся на Крест в час падения Адама, дабы понести наказание, выпавшее на долю праотца и всех его потомков. Так, со времени Христова восхождения на Крест началось осуществление высочайшей тайныискупления грехов всего человечества. Посему распятие и сопровождающие его, описанные в Евангелиях, события – суть свершения, исполненные глубочайшего смысла.

Распятие
Ереван, № 10675, С.321а, Малатийское Евангелие, 1267-1268 гг.
Художник-миниатюрист Торос Рослин

Пред распятием Иисусу поднесли вино с желчью – зелье, коим обыкновенно немного притупляли муки обречённого. Однако Господь отвергнул его, дабы в полном сознании испить чашу страданий и встретить смертный час.
Когда Иисуса распинали, Он, воссылая за своих палачей моление, произнёс: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» [Лк. 23.34]. Сии слова – выражение поистине Божественного снисхождения Христа, долготерпящего бремя грехов наших, коими вседневно распинаем и мучаем Его, не ведая, что творим.
Распяв Господа, воины-римляне поделили между собой Его облачение, о хитоне же бросили жребий, ибо тот не имел шва – был соткан цельным куском. Они поступили так, сообразуясь с римским обычаем, дозволявшим палачам присваивать одежды своих жертв. Одежды Иисусовы – символ даров, излитых Им на род человеческий, а цельнотканый хитон – знамение единения в духовной любви Церкви, которую Господь заповедал не рассекать, но блюсти нерушимой.
На Кресте, над главою Иисуса, воодрузили объясняющую Его «преступление» надпись: «Это царь иудейский», составленную римским прокуратором Пилатом. Иудейский первосвященник требовал изменить содержание надписи, указав, что Сам Христос притязает на царство. Однако Пилат, оставаясь непреклонным, ответил: «Что написал, написал» [Ин. 19.21-22]. Так этой надписью была возглашена истина о Христе, как о подлинном царе Иудеи, сиречь – народа Божьего в новом Израиле.
Вместе с Иисусом, одесную и ошуюю Его, распяли также двух разбойников. Мимоидущие глумились над Ним, говоря, что если Он действительно Сын Божий, то пусть сойдёт с Креста. Им вторил, бесчестя Господа, злодей, распятый по левую сторону от Него. Тогда разбойник, находившийся справа от Христа, заградив своему товарищу уста страхом Господним, обратился к Иисусу со словами: «…помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!». И Иисус ответил: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» [Лк. 23.39-43]. В образах этих двух разбойников двояко представлен грешный род человеческий. Одни, признавая своё недостоинство, принося покаяние и исповедуя Сына Божьего Господом и Спасителем, наследуют райские кущи, подобно распятому справа разбойнику, коий в последние минуты своего жития исполнился веры в Распятого и получил благовестие спасения. Другие, не признавая Божественности Иисуса и вознерадев о спасении, как разбойник слева, гибнут телом и душой.
У подножья Креста стояли Пресвятая Богородица и апостол Иоанн. Распятый Господь воззвал к Своей матери: «Жено, се сын Твой». Затем, обратив взор к Иоанну, произнёс: «... се, Матерь твоя!» [Ин. 19.26-27]. Вверяя любимую мать попечению возлюбленного ученика, Господь показал, что отныне Она – матерь и великая заступница всех христиан.
По прошествии трёх часов после распятия, в полдень, вдруг солнце затмилось и всё небо на три часа заволокла тьма. Когда-то, именно в этом часу Адам, послушав Еву, вкусил запрещённый плод, лишился света благодати и помутнел рассудком. В сей же час, претерпевая мучения во искупление адамова греха, Христос возвращал человечеству утраченную благодать и славу небес. Затмение дневного светила в те минуты знаменовало призрачную славу мира, которая в конце концов померкнет в сиянии Божественного света.
В девятом (или третьем по-нашему) часу пополудни Иисус громко возопил: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» [Мф. 27.46, Мк. 15.34]. Последний вопль Распятого Богочеловека был не чем иным, как первым стихом 21-го псалма царя Давида, пророчески предызобразившим страдания Господа. Однако завершается псалом великим, лучезарным провозвестием: умирающий страдалец со светлой надеждой лицезреет свою грядущую славу, коей наполнится весь мир, и предрекает обращение всех народов к истинному Богу.
Доподлинно претерпев Своей человеческой природой смерть и богооставленность, Христос по-прежнему оставался Богом и Мессией-Спасителем. Оттого и слово «жажду», речённое Им немного погодя [Ин. 19.28], означало жажду спасения мира, жажду обновления падшего человеческого естества. Свободным волеизъявлением Он принял желчь с уксусом, поднесённые одним из воинов, как символ осквернённой грехом человеческой природы, дабы освятить её закланием Себя не Кресте.
Наконец Иисус возгласил: «Совершилось!» [Ин. 19.30], и со словами «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» [Лк. 23.46], испустил последний вздох. Так Сын Божий завершил Свою спасительную миссию. Он исполнил всё до самого конца, вплоть до смерти покорившись воле Отца. Свершилось предначертанное от века, предречённое пророками: земная жизнь Иисуса Христа завершилась жертвоприношением на Кресте, искупившим грехи всего человечества.
Тем временем тьма ещё более сгустилась, земля сотряслась и завеса Иерусалимского храма разорвалась надвое. Иудеи, бывшие при распятии, в ужасе бежали ударяя себя в грудь, а римский сотник, стоявший у подножья Креста, воскликнул: «Воистину он был Сын Божий» [Мф. 27.51-54].
Иисус был уже мёртв, когда один из воинов проткнул копьём Его ребро, и из раны сразу же истекли кровь и вода [Ин. 19.34]. Тем самым было прикровенно указанно на Таинство Церкви, ибо вода – живой символ Крещения, а кровь – знамение св. причастия, коими Святой Дух изливает искупление и прощение всем христианам и, освящая их, приготовляет к вечной жизни.


Снятие с Креста
Авуц Тар, «Всеспаситель», Х в.



 
sacredtradition.am